Аннотация
Алан Гудьер, лучший агент страховой компании, заключил договор с начинающей актрисой Сьюзен Джеллерт, по которому страховое агентство не должно было выплачивать денег в случае смерти от… Список был настолько длинным, что, казалось, невозможно выдумать причину, которая заставит компанию раскошелиться. Но Сьюзен все таки умерла от потери крови. А этот пункт в договоре предусмотрен не был. Расследование поручено Стиву Хармасу…
Книга так же издавалась как «Двойная подтасовка», «Опасное сходство», «Цепная реакция».
Глава 1
– Хармас, ты мне нужен!
Резкий скрипучий голос Мэддакса рявкнул из переговорного устройства и разбудил меня, напугав так, что я чуть не сломал себе шею.
Я поспешно скинул ноги со стола и столкнул на пол телефон в отчаянной попытке нашарить кнопку селектора.
– Уже иду! – ответил я, постаравшись поменьше походить на полутруп, каковым я сейчас являлся. – Сейчас буду.
Ящик что то пробурчал и отключился.
Мэддакс являлся не только начальником отдела претензий и моим шефом, но еще и умнейшим специалистом в своей профессии, а это кое что значит в страховом деле, где человек человеку – волк. Я имел несчастье быть одним из его следователей. Мои обязанности заключались в том, чтобы проверять любого заявителя, показавшегося Мэддаксу подозрительным, а поскольку он относился с подозрением даже к собственной тени, работы мне хватало.
Три года назад я женился на лучшей из всех секретарш, которые когда либо у него были, и он так и не смог мне этого простить. Если бы Элен продолжала работать на него после нашей свадьбы, то со временем он, вероятно, оправился бы от потрясения, вызванного моим нахальством, но она отнюдь не считала, что жена должна работать. Несмотря на мой намек, что две зарплаты лучше, чем одна, она уволилась сразу же, как только заполучила свидетельство о браке. Соответственно, Мэддакс любил меня не меньше, чем комар ДДТ.
Когда я вошел, Пэтти Шоу, белокурая секретарша Мэддакса, яростно молотила по клавишам пишущей машинки. Я остановился полюбоваться. Меня приводит в восхищение любой, кто может работать столь напряженно и при этом выглядеть столь привлекательно. Не переставая стучать, она подняла глаза и приветливо улыбнулась.
– Может быть, вы мне не поверите, – сказал я, перегнувшись через стол, чтобы посмотреть, что она печатает, – но он меня вызвал. Мне войти или подождать?
Она тут же выпрямилась и отмахнулась от меня.
– Держитесь подальше, – строго заявила она, – знаю я эти уловки. Из за таких, как вы, девушки вынуждены носить бюстгальтеры!
– Что вы, мисс Шоу, у меня и в мыслях не было ничего подобного! Имейте в виду, что вы оскорбляете порядочного женатого человека! – с негодованием воскликнул я.
– Они то как раз хуже всех, – мрачно заметила Пэтти. – Входите и будьте начеку: мне кажется, обед не пошел ему на пользу.
... Раздался ноющий звук, от которого у рулевого выступил
пот.
- Спи, спи, - поспешно сказал гость, - акула далеко, в море, она не
придет. Она ест тюленя. Ам, ам! вот и слопала. Так что не надо кричать.
Кровать перестала было качаться, но при последних словах Спринга
понеслась быстрыми размахами взад и вперед, и плаксивый, безутешный писк
послышался из-за полога. Струсив, что младенец разбушуется и тем поставит
его в замысловатое положение, так как у него не было опыта в деле
образумления разогорченных детей, Спринг протянул руку под полог и начал
тихо качать девочку, говоря:
- Ты не будешь есть тюленей. Нет. А только один шоколад. Го-го! Мы уж
поедим шоколаду! Вот идет большой пароход, - двадцать тысяч тонн шоколаду. И
все - тебе!
Так как он не мог представить ничего ослепительнее флотилии с
шоколадом, то начал развивать эту тему, прислушиваясь к слезливым звукам,
грозящим перейти в рев.
- И еще идет маленький пароход с шоколадом, - говорил Спринг, - а за
ним большая шхуна. Вот там самый лучший шоколад. Мы все съедим. Давай нам
еще! Все съели, больше нет. Везите нам из Бразилии, из Мексики. Шоколаду,
черти такие-сякие! Да побольше! Этот нехорош - давай другого. Вот этот
хорош. А акуле не дадим, пошла прочь!
Кровать сильно закачалась, и из-под нее вылез Дезль Гленау, заливаясь
хохотом, от которого Спринг почувствовал себя так, как будто упал с
табурета.
- Ну, здорово же ты меня кормил своим шоколадом! - вскричал Гленау,
открывая ставни и хлопая затем Спринга по широким плечам. - Здорово! Слышал,
что ты в Коломахе. А я лег, видишь, поспать, залез под полог, чтоб мухи не
ели. Мать ушла с Полли к соседям. Я лежу там, пищу нарочно, а ты стараешься!
У меня даже бока смокли, так я удерживался от смеха. Отчего ты не женился?
Хорошая вышла бы из тебя нянька!
- Я однажды чуть не женился, - сказал Спринг, - и женился бы, только я
знаю, что это дело сложное...
