Перевод: А. И. Коршунов

    Аннотация Любовница китайского ученого, работающего над созданием нового оружия, найдена в Париже… в бессознательном состоянии. Диагноз – амнезия. Бывший агент ЦРУ Марк Гирланд соглашается сыграть роль ее мужа, чтобы выведать секреты восточного гения. Книга так же издавалась как «Выгодная сделка», «Две жизни Эрики Олсен», «Черная жемчужина», «Ты имеешь свою долю», «Ты совершаешь сделку сам».

    Глава 1

    Капитан О'Халлаген остановил свой «джип» во внутреннем дворике американского посольства в Париже, взял с заднего сидения черный дипломат, вылез из машины и поднялся по ступенькам лестницы. Он пересек холл и остановился, увидев идущую ему навстречу молодую красивую девушку. Это была Мари Дэвис – личный секретарь шефа парижского отделения ЦРУ. Мари улыбнулась в ответ, и ее глаза метнули на капитана восхищенный взгляд. Она всегда испытывала легкое сердцебиение при виде этого бравого молодца. «Как, должно быть, приятно очутиться в его объятиях!» – подумала она. – Хэлло, Тим, каким ветром тебя занесло к нам? – Патрон у себя? – О'Халлаген задал этот вопрос совершенно машинально, думая совсем о другом. Его занимала мысль о том, что было бы совсем неплохо очутиться когда нибудь в постели с этой красоткой. – Вы же сами прекрасно знаете, что он всегда здесь. А вот вас я не видела целую вечность. Вы были в отпуске? – Отпуск? Я не припоминаю, что означает это слово. Нет, конечно, нет. Но я почувствовал бы себя счастливым, если бы под Рождество меня не отправили куда нибудь к черту на рога. А вы? – Я еду отдыхать в сентябре. Забронировала себе место на теплоходе, совершающем круиз по греческим островам. Пока, Тим! Она одарила его еще одной ослепительной улыбкой и продолжила путь. О'Халлаген вздохнул и отбросил фривольные мысли, вспоминая о цели своего визита. Он направился к двери с надписью на табличке: «Центральное разведывательное управление. Шеф отделения Джон Дорн». О'Халлаген улыбнулся, увидев свежую позолоту на буквах, и склонил голову в почтительном восхищении. – Он все таки добился своего, – прошептал он. А ведь еще совсем недавно в отделении заключались пари относительно судьбы Дорна. Отправят ли его в Вашингтон в отставку или сделают шефом? Некто Тарлей Барелли в прошлом году перебил у него директорское кресло. Но очень быстро он перебрался поближе к Капитолийскому холму. И у Дорна вновь появились шансы занять это место, несмотря на свои шестьдесят лет. О'Халлаген давно знал его и восхищался своим шефом. Для него это был человек, умеющий рисковать, не теряющийся в любой обстановке и умеющий далеко видеть. Другими словами – настоящий шеф. Капитан постучал в дверь и вошел в прекрасно обставленный кабинет, где, сидя за огромным столом, работал Джон Дорн. Небольшого роста, в очках без оправы, Дорн внешне не производил сильного впечатления. Всегда с иголочки одетый, он скорее походил на преуспевающего банкира, чем на разведчика.

Страницы: (92) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

...
     Мать спросила:
     -- О чем ты плачешь?
     И мальчик, всхлипывая, сказал:
     -- Мама, когда мы были в Казани, я сказал тете Ане неправду. Я сказал, что это не я разбил графин, а это я разбил графин.
     Мама стала утешать мальчика.
     Она сказала:
     -- Ну это ничего. Не плачь. Я напишу тете Ане письмо. И она, наверно, тебя простит.
     Мальчик, всхлипывая, сказал:
     -- Ты непременно напиши письмо тете Ане. Напиши, что это я разбил.
     Мама снова стала утешать его. И тогда мальчик успокоился и заснул.
     Целуя и закрывая одеялом своего маленького сына, мать подумала:
     .
     На другой день мама написала тете Ане письмо. И вскоре тетя Аня ответила, что она вовсе не сердится на милого племянника и снова ждет его к себе в гости.


СЕРЕНЬКИЙ КОЗЛИК

     Когда Ленин был маленький, он почти ничего не боялся.
     Он смело входил в темную комнату. Не плакал, когда рассказывали страшные сказки. И вообще он почти никогда не плакал.
     А его младший брат Митя тоже был очень хороший и добрый мальчик. Но только он был очень уж жалостливый.
     Кто-нибудь запоет грустную песню, и Митя в три ручья плачет.
     Особенно он горько плакал, когда дети пели .
     Многие дети знают эту песенку:

     Жил-был у бабушки серенький козлик,
     Вот как, вот как, серенький козлик...

Зощенко Михаил Михайлович   
«Рассказы о Ленине»

Биография

Произведения

Статьи

Галерея

Ваши заявки