И в Крамере просыпался гангстер.
     Хотя он и сожалел о былой власти, но ничего не предпринимал, чтобы вернуть ее. Сейчас он был чист перед законом, что редко бывает у людей подобного сорта. Даже всесильное ФБР сложило зонтик своего внимания. Солли успешно вкладывал деньги, прибыль текла рекой... Зачем рисковать и совать нос в осиное гнездо? Откупился, отмазался - сиди, чистенький, и грейся на солнышке.
     Умом Крамер понимал все выгоды своего нынешнего положения. Но сердце... Оно все еще принадлежало тому миру... И в минуты затишья Крамер строил планы то киднеппинга, то ограбления... Он выверял их до мельчайших деталей - как шахматист оттачивает свое мастерство атаки и защиты. Крамер, например, разработал ограбление "Чейз Нэйшенэл банк" в Лос-Анджелесе, и вкратце его план сводился к следующему: пятеро мужчин входят в банк и выходят оттуда с миллионом долларов.
     Или вот, однажды, когда Элен коротала время в обществе таких же, как и она, бездельниц, Крамер придумал план похищения дочери техасского миллиардера, выкуп за которую составил бы несколько миллионов долларов.
     Эти упражнения "по криминалистике" не только не утомляли его, но и позволяли держать мозг в полной боевой готовности. Головорез и грабитель на пенсии, он не собирался претворять их в жизнь и никогда не говорил Элен, о чем думает, долгие часы проводя у камина в полном молчании и уставясь на полыхающий огонь. Если бы она проникла в его мысли... Слава Богу, Элен ничего не знала.
     В то утро, когда Солли решил уйти из жизни, Крамер провел один из своих лучших раундов в гольф. Вместе с партнером он зашел в бар клуба и заказал двойной джин с лимонным соком.
     Удобно устроившись за столиком, он потягивал напиток, и в этот момент бармен позвал его к телефону.
     - Мистер Крамер, вам звонят из Лос-Анджелеса.
     Крамер поднялся и прошел в телефонную кабину, тщательно прикрыв за собой дверь. Он поднял трубку, не имея никаких дурных предчувствий. Хриплый, грубый голос Эйба Джекобса, клерка Солли Лукаса, сообщил ему ошеломляющую новость.
     - Застрелился? - переспросил Крамер, почувствовав вдруг образовавшуюся внутри себя пустоту.
     Он знал Солли тридцать лет. Он знал его как блестящего и изворотливого адвоката, который мог почуять запах денег за милю. Но он знал его и как человека, помешанного на женщинах, да еще к тому же и азартного игрока. Нет, Лукас ни за что бы не свел счеты с жизнью, если бы его финансовые дела были в порядке.
     На лбу Крамера выступил холодный пот. Внезапно он почувствовал дикий страх: а что, если его кровные - кровавые - денежки пошли прахом?.

Страницы: (120) :  <<  ... 45678910111213141516171819 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

.... Что ж, ежели нравлюсь - сватов засылай.
      Повернулась и пошла ж станице, а Васька долго сидел под копною, растирал промеж ладоней приторную листву любистика, думал: "Смеется, стерва, аль нет?"
      От речки, из лесу, потянуло знобким холодком.
      Туман, низко пригибаясь, вился над скошенной травой, лапал пухлыми седыми щупальцами колючие стебли, по-бабьи кутал курившиеся паром копны. За тремя тополями, куда зашло на ночь солнце, небо цвело шиповником, и крутые вздыбленные облака казались увядшими лепестками.


x x x

      У Васьки семья - мать да сестра. Хата на краю станицы крепко и осанисто вросла в землю, подворье небольшое. Лошадь с коровой - вот и все имущество. Бедно жил отец Васьки.
      Вот поэтому-то в воскресенье, покрываясь цветной в разводах шалью, сказала мать Ваське:
      - Я, сыночек, не прочь. Нюрка - девка работящая и собой не глупая, только живем мы бедно, не отдаст ее за тебя отец... Знаешь, какой норов у Осипа?
      Васька, надевая сапоги, промолчал, лишь щеки набухли краской. То ли от натуги (сапог больно тесен), То ли еще от чего.
      Мать кончиком шали вытерла сухие, бледные губы, сказала:
      - Я схожу, Вася, к Осипу, но ить страма будет, коль с крылечка выставят сваху. Смеяться по станице будут...- помолчала, не глядя на Ваську, шепнула: - Ну, я пойду.
      - Иди, мамаша.- Васька встал и вяло улыбнулся.

      Рукавом вытирая лоб, покрывшийся липким и теплым потом, мать Васьки сказала:
      - У вас, Осип Максимович, товар, а у нас покупатель есть...

Шолохов Михаил Александрович   
«Кривая стежка»

Биография

Произведения

Статьи

Галерея

Ваши заявки