Проходя мимо номера Джека, я увидел, что дверь открыта, и решил
заглянуть внутрь.
Возле окна стоял плотный мужчина в плохо скроенном костюме. При моем
появлении он бросил в мою сторону неприязненный взгляд. Незнакомец выглядел
экс-полицейским, и я подумал, что он, вероятно, и есть штатный сыщик, о
котором говорил Бруер.
- Полиция изволила удалиться? - спросил я, входя в номер.
- Что вам здесь нужно? - проворчал он хриплым басом.
- Брэндон, - представился я. - Проживаю в соседнем номере. Вы - Гривс?
Он утвердительно кивнул, и мне показалось, что выражение его лица
стало чуть-чуть менее враждебным. В номере был наведен некоторый порядок.
Перья выметены, ящики комода задвинуты, набивка матраца водворена обратно,
а разбросанные бумаги собраны.
Личные вещи Джека лежали кучкой в углу: два потертых чемодана, плащ,
шляпа и теннисная ракетка. Маленькая, жалкая кучка, почти ничего не
говорившая о ее прежнем владельце.
- Вещи они проверили? - спросил я.
Гривс кивнул.
- Их надо отправить его жене, - продолжал я. - В гостинице никто не
мог бы этим заняться?
- Попросите коридорного Джо. Он отправит.
- У меня припасена бутылочка виски, ее давно следует откупорить. Если
у вас нет срочных дел, пойдемте в мой номер, посидим вместе.
Мясистая физиономия Гривса просветлела. "У бедняги не слишком много
друзей", - почему-то подумалось мне.
- Что ж, пару минут я смогу выкроить, - ответил он.
Гривс уселся на стул, а я устроился на кровати. Лед, который принесли
утром, давно растаял, но я решил, что просить свежий было бы напрасной
тратой времени, и разлил виски.
Круглое лицо Гривса было лишено притворства, взгляд, холодный и
подозрительный, был одновременно и немного усталый. В усах виднелись редкие
сединки. Быть сыщиком в низкопробной гостинице вряд ли доставляло ему
удовольствие.
- Узнали они, кто убийца? - спросил он, отхлебнув из стакана.
- Может быть, и да, но мне об этом неизвестно, - ответил я. - Ты не
разглядел девицу, которая заходила за ним?
- Разглядел. - Он вытащил из кармана мятую пачку сигарет, предложил
мне и закурил сам. - "Фараоны" в этом городе признают сыщиков только
больших гостиниц, мелочь, вроде меня, они просто не замечают. Но меня от
этого не убудет, хуже им самим.
... And this is just not
possible, because all his energy is already deployed."
He paused as if searching for the appropriate words to make his point.
"Think of it this way," he proceeded. "It isn't that as time goes by
you're learning sorcery; rather, what you're learning is to save energy. And
this energy will enable you to handle some of the energy fields which are
inaccessible to you now. And that is sorcery: the ability to use energy
fields that are not employed in perceiving the ordinary world we know.
Sorcery is a state of awareness. Sorcery is the ability to perceive
something which ordinary perception cannot.
"Everything I've put you through," don Juan went on, "each of the
things I've shown you was only a device to convince you that there's more to
us than meets the eye.
We don't need anyone to teach us sorcery, because there is really
nothing to learn. What we need is a teacher to convince us that there is
incalculable power at our fingertips. What a strange paradox! Every warrior
on the path of knowledge thinks, at one time or another, that he's learning
sorcery, but all he's doing is allowing himself to be convinced of the power
hidden in his being, and that he can reach it."
"Is that what you're doing, don Juan - convincing me?"
"Exactly. I'm trying to convince you that you can reach that power. I
went through the same thing. And I was as hard to convince as you are."
"Once we have reached it, what exactly do we do with it, don Juan?"
"Nothing. Once we have reached it, it will, by itself, make use of
energy fields which are available to us but inaccessible. And that, as I
have said, is sorcery. We begin then to see - that is, to perceive -
something else; not as imagination, but as real and concrete. And then we
begin to know without having to use words...
