А кто это, интересно, хотел убить
Плайера? Да еще голыми руками! Вы были похожи на дикого зверя. Что? Будете
отрицать?
- Нет, - вздохнул Калверт. - Ничего не могу сказать в свое оправдание.
Сам не понимаю, что со мной случилось. Простите, но я спешу в госпиталь.
- Понимаю. Это касается той девушки?
- Да. Еще раз спасибо. Я обязан вам жизнью.
- Пустяки, - Ходж снова провел рукой по усам.
Вестибюль госпиталя пропах карболкой. Ожидая, пока дежурная сестра
закончит говорить с кем-то по телефону, Калверт заглянул в приемную и
увидел там Люси. Она сидела, сложив руки на коленях и глядя в пространство
невидящим взором. Глаза ее были красны, но сухи.
Калверт тихо окликнул ее, и девушка без малейшего колебания подошла.
Он обнял ее и прижал к себе, а Люси доверчиво положила голову ему на плечо.
- Ох, Гарри...
- Ничего не надо говорить, дорогая.
- Отец умер на операционном столе.
- Я очень сочувствую тебе.
- Все время я стараюсь убедить себя, что он ничего не знал об
убийстве.
- Я тоже верю в это, - сказал Калверт.
- Правда? - она с мольбой посмотрела на него. - Ты веришь в это? Для
меня твое мнение очень важно.
- Я абсолютно убежден.
Это была маленькая ложь во спасение. На самом деле Калверт понимал:
Бостон лгал, говоря, что о причине смерти Ван дер Богля узнал в госпитале
от Гастингса. Он ведь не был там! Но этой в общем-то мелкой деталью можно
было пренебречь ради душевного спокойствия Люси. Она хотела оправдать отца,
который умер, как герой, приняв предназначавшиеся ей пули на себя. Пусть
она сохранит о нем добрую память.
- Отдав за тебя жизнь, он искупил свою вину, - сказал Калверт, как бы
ставя точку в этом деле.
Люси откинула со лба прядь светлых волос и с нежностью глянула на
него. Теперь в ее глазах стояли слезы.
Утром в понедельник Калверт был на работе. Он успел перекинуться парой
слов с Молли, когда вошел Чарли Мэйер.
- Мне нужно отлучиться на полчаса, Чарльз, - сказал Калверт.
- Я уже все знаю. Прочел утренние газеты. Картины Гроота будут
возвращены в Голландию вдове Ван дер Богля. А куда ты собираешься?
- Хочу проводить Грейс. Она уезжает в Рено.
- Мне приятно знать, что ты поступаешь с ней, как истинный
джентльмен, - Мэйер понизил голос и добавил доверительно. - Не сочти мои
слова за бестактность, но я до сих пор иногда встречаюсь с бывшей женой...
- Нет, тут совсем другое дело. Я хочу быть уверен, что она
действительно уехала.
- А-а... - Мэйер немного помолчал. - Мы с Сюзи сегодня собираемся на
балет. Могу предложить и тебе билет. Ты ведь сейчас холостяк. Сюзи
прихватит кого-нибудь и для тебя, какую-нибудь прекрасную девушку. На нее в
таких делах можно положиться. Останешься доволен.
- Большое спасибо, Чарли, - Калверт улыбнулся, - но мне это не нужно.
У меня уже есть на примете прекрасная девушка.
...
Наконец он очутился возле Марелетто, заброшенной башни сарацин,
расположенной там, на откосе. Над ним нависали старые стены Цертозы, слева
возвышалась Монте Куоро, справа - Монте
Саларо; обе горы выбрасывали свои дальние отроги далеко в Италийское
море.
Он взглянул вниз. Там простиралась piccola marina с ее рыбачьими
хижинами, перед ней - остров сирен, окруженный белым прибоем голубых волн.
На другой стороне гордо вздымались Фараглиони, мощные каменные блоки,
вырастающие прямо посреди моря.
Здесь было то место, которое он предназначил для свидания. Для своего
последнего свидания с солнцем.
Он сел перед обрывом и спустил ноги вниз. Одно мгновение он глядел в
пропасть. Затем вынул из кармана толстую оплетенную фляжку. Темное
ишемийское вино кроваво заполнило стакан.
Пьеро выпил. Он пил за солнце, он пил за него точно так же, как
незадолго до этого в grotta azzura, там, внизу, он пил за море. Он опорожнил
стакан одним глотком, потом наполнил снова.
И снова он выпил за солнце.
Затем он бросил стакан и фляжку прочь, на утесы. Он встал, отошел
немного назад, к стене, туда, где крутая скала образовывала тень. Там он
улегся, подложив под голову шляпу. Он потянулся и тихо пропел:
Mimi Pinson est une blonde,
Une blonde que Ton connait... {*}
{* Мими Пансон - блондинка,
Любимая картинка (фр...
