Я. 15/3.V
44. Чаадаеву М. Я. 25.V
45. Тургеневу Н. И. 6.VI
46. Тургеневу Н. И. 15.VI
47...
- Охотник за головами? - машинально повторил Майкл и присвистнул.
- Мы нашли ящик, - продолжал Стэнс. - В ящике лежала гол..
И он искал слова и обороты, какие должны быть в его письме, в письме простом, великодушном, умном. Искал он такие слова, находил, отвергал, снова искал… А сердце нет нет да подмоет: "Неужели же она моей будет?..
танцы в СЗАО. Во время обучения Вы узнаете новые танцевальные приемы, учитесь исполнять их без проблем, очень быстро, в новых танцевальных связках и под разную музыку. В танце содержится очень много пластических элементов, которые придают украшение и динамику Вашему танцу. www.mitinodance.ru
Корзина цветов Цветы могут творить невероятное: ваше помещение станет волшебной залой, если вы захотите украсить столы зеленью. Украшать свадьбу цветами стали в древности, связав переходящую прелесть цветов с периодичностью человеческого существования. www.svadba-buket.ru
...
Окончив колледж, Настойч взял себя в руки и попытался вновь утвердить
светлую тему надежды, некогда намеченную его дюжим отцом и нежной матерью.
Под барабанную дробь и переливы струн ступил Настойч на остров Манхэттен,
чтобы стать кузнецом собственного счастья. Он упорно трудился, стремясь
побороть свою злую судьбу, склонность к несчастьям, и, несмотря ни на что,
хотел остаться оптимистом.
Однако злая судьба брала свое. Благородные аккорды выливались в
невнятное бормотание, и симфония жизни Настойча докатилась до уровня
комической оперы. Работу за работой терял он в потоке испорченных диктофонов
и залитых чернилами договоров, забытых карточек и перепутанных таблиц; в
мощном крещендо ребер, сломанных в толкотне подземок, ступней, вывихнутых в
решетках тротуаров, очков, разбитых о незамеченные углы, в череде болезней
(в том числе - гепатита Д, марсианского гриппа, венерианского гриппа,
синдрома пробуждения и смешливой лихорадки).
Настойч по-прежнему противился искушению стать ипохондриком. Во сне он
видел космос и смельчаков с квадратными подбородками, завоевывающих новые
земли, видел поселения на дальних планетах и бескрайние просторы свободных
земель, где вдали от чахлых игрушечных джунглей Земли человеку воистину дано
познать самого себя. Он подал заявление в Бюро межпланетных путешествий и
поселений и получил отказ. Нехотя он отмахнулся от мечты и снова попытал
свои силы в разных областях. Одновременно он прибегал и к психоанализу, и к
гипнотическому внушению, и к гипнотическому гипервнушению, и к снятию
противовнушения, но все понапрасну.
У каждой симфонии есть свой финал, а у каждого человека - свой предел.
Тридцати четырех лет от роду, в три дня вылетев с работы, которую искал два
месяца, Настойч распрощался с надеждами. Эту неудачу он считал
заключительным, комическим, диссонирующим ударом медных тарелок - последней
почестью тому, кому лучше было бы и не появляться на свет.
Получив с мрачным видом свои жалкие гроши, Настойч обменялся последним
робким рукопожатием с бывшим начальником и стал спускаться на лифте в
вестибюль...
